Навстречу неизвестности

Выйдя из поезда в Цюрихе, прямо на платформе мы встретили волонтёров, помогавших украинским беженцам. Их было легко узнать среди толпы – на плечах у них были украинские флаги, так что перепутать их с кем-либо другим было невозможно. Мы подошли к ним, объяснили ситуацию, и они отвели нас в микроавтобус, который привёз нас в своеобразный распределительный пункт. Там стояло несколько огромных столов, за которыми находилось довольно много наших соотечественников, а чуть поодаль были накрыты небольшие столики с горячим чаем, разными сладостями и лёгким перекусом, где каждый мог выбрать что-то на своё усмотрение.

Не могу не заметить, что и до, и после этой истории я не раз обращала внимание на одну любопытную деталь: куда бы мы ни приезжали, где бы ни оказывались, украинцев всегда встречали с теплом и заботой – и чай тебе, и кофе, и разнообразная еда на выбор. Но дело, конечно, было не только в этом. Основная, глубинная поддержка исходила от самих людей – их неподдельное желание помочь, открытые улыбки и истреннее участие дарили стойкое ощущение, что нас не оставили один на один с нашей бедой. А в те тревожные времена такое душевное отношение значило для нас очень, очень много – гораздо больше, чем могло бы показаться на первый взгляд. Это было поистине бесценно.

Мы взяли по чашечке чая, что-то из еды и, расположившись за одним из столов, огляделись вокруг. В зале стоял негромкий гул голосов. Люди знакомились, разговаривали, обсуждали последние новости и делились своими планами. Кто-то пил кофе, кто-то, охваченный вихрем эмоций, рассказывал свою историю собеседнику, а кто-то просто молча сидел, пытаясь прийти в себя после долгого пути. Несмотря на густую вязкую тревогу, висевшую в воздухе, было ясно: надежда всё же не покинула моих соотечественников. Надежда на спасение, надежда на благополучный исход.

Незаметно для себя мы постепенно вовлеклись в общую застольную беседу, и вскоре разговорились с одной приятной парой. Девушку звали Мария, она была из Украины. Её спутника звали Майкл. Он был американцем, но очень неплохо говорил по русски. В ходе беседы Мария рассказала нам, что они с Майклом недавно поженились и сейчас временно живут и работают в Цюрихе, сюда же пришли как волонтёры, чтобы оказать посильную помощь украинским беженцам. На мой вопрос, почему они хотят уехать из Швейцарии, ведь здесь они уже нашли работу и, казалось бы, вполне благополучно устроились, Мария ответила, что они хотят переехать в Канаду. Завление на канадскую визу было ими уже подано, и теперь новобрачным лишь оставалось просто дождаться подтверждения. В подробности своего решения она тогда не вдавалась, лишь вскользь заметив, что язык тоже сыграл далеко не последнюю роль в их выборе.

Честно говоря, в тот момент я не придала этим словам особого значения. Скорее даже наоборот – их решение показалось мне довольно странным. Даже за такой короткий срок Швейцария успела произвести на меня огромное впечатление – одни только невероятные виды, открывавшиеся нам из окна поезда, чего стоили! Я искренне не понимала, как люди могут добровошльно захотеть уехать из такой чудесной страны. Лишь значительно позже я осознала, насколько важную роль для полноценной жизни в новой стране играет хорошее знание языка.

Забегая вперёд, скажу, что со временем, прожив в Швейцарии совсем небольшой срок, мы не смогли не влюбиться в эту приветливую и необычайно живописную страну. Признаюсь, что в какой-то момент я даже начала сомневаться, стоит ли нам ещё куда-то оттуда уезжать. Но в конце концов именно английский язык стал одним из решающих факторов нашего выбора. Мой сын уже тогда свободно говорил по-английски, ну и я тоже была, знакома, как минимум, с базовыми основами этого языка – по крайней мере, мы изучали его в школе. Мы отчётливо понимали, что строить новую жизнь в англоязычной стране нам всё-таки будет проще, чем начинать всё с нуля в стране с совершенно незнакомой для нас языковой средой.

Впрочем, на тот момент наш разговор быстро принял совсем другое направление. Майкл неожиданно заметил, что на оформлении канадских виз “собаку съел”, и если мы захотим, он прямо сейчас поможет нам подать заявление онлайн. Тем более что всвязи с войной оформление виз для украинцев практически во все дружественные нам страны стало бесплатным и упростилось в разы. Особый акцент Майкл сделал на том, что нам и так уже было хорошо известно из собственного опыта: для оформления подобного рода виз, да и вообще получения многих других льгот, предоставлявшихся украинским беженцам, одного лишь обладания украинским паспортом было недосаточно. Существовало одно ключевое условие: в документе обязательно должен был стоять штамп, подтверждавший факт выезда из Украины именно после 24 февраля 2022 года.

У нас это необходимое условие было, естественно, соблюдено, и мы всерьёз задумались – а может, и правда оформить канадские визы и уехать туда пережидать трудные времена? Впрочем, размышляли мы недолго, и хотя в Канаде основной язык тоже английский, наша обоюдная любовь к Великобритании оказалась сильнее, и мы окончательно решили не сходить с выбранного пути. Да, конечно, при желании мы могли подать документы на канадские визы, и в случае их подтверждения слетать туда и просто получить помощь от государства, а затем, воспользовавшись всеми остальными предусмотренными для нас видами поддержки, вернуться обратно в Англию или в Швейцарию (если бы мы на тот момент ещё оставались там). Именно так, кстати, и делали некоторые наши соотечественники. Но подобный подход был мне чужд – я чувствовала, что при всём желании не смогу так поступить. Моё внутреннее “Я” не позволило мне даже помыслить в этом направлении. Чему я, по правде говоря, искренне рада.

Поэтому, поблагодарив обаятельную дружелюбную пару, мы отказались от предложенной нам возможности. Вскоре подошла и наша очередь на распределение. Тепло попрощавшись со всеми, с кем успели за это время познакомиться, мы вместе с другими украинцами заняли всои места в предоставленном нам автобусе. Автобус медленно тронулся, увозя нас в новое, неведомое нам место – место, которому предстояло стать нашим домом на следующие несколько месяцев.